— По вашему мнению, какова вероятность того, что запуск метро и общее смягчение карантинных мер в Украине не поднимут заболеваемость?
— Ну, если запуск метро будет контролированным, то не поднимет. То есть если люди будут в масках и станут следить за гигиеной рук. Я была противником закрытия метро и говорила, что нужно вводить масочный режим. Мне отвечали: да, мы понимаем, но масок же нет. Теперь маски есть. Метро — не самый опасный вид транспорта, если учесть, что мы проводим там максимум 40−50 минут. А обычно около 20−25 минут. Кроме того, в метро есть вентиляционная система, которую можно оснастить фильтрами, эти фильтры обрабатывать и очищать. Всем этим надо заниматься. Если соблюдать правила, транспорт не представляет опасности. Другое дело детские сады. Тут мне неспокойно. Потому что дети, как правило, болеют без ярко выраженной клинической картины. А дома их ждут взрослые, не всегда молодые и здоровые. Рост заболеваемости может вызвать открытие детских садов. Сейчас апеллируют к опыту западных стран, где детские сады открыли, но там совсем другие условия. В той же Германии один воспитатель на троих детей. Но у нас же такого не будет. Детсады всегда были тем местом, откуда болезни распространяются даже без пандемии нового вируса. Циркуляция респираторных заболеваний — бич детских садов.
— Ослабление карантина, на ваш взгляд, это жест медицинский или политический? Нам постоянно говорят, что мы на пике заболеваемости, но в то же время карантин облегчают.
— Эти разговоры про пик меня просто умиляют. Сказать, был пик или его не было, можно только после того, как эпидемия закончится. Или устойчиво пойдет на спад. Этого падения мы не видим.
Есть большая надежда на лето, и пусть ни одного лета с коронавирусом у нас не было, есть ряд объективных факторов: вирус чувствителен к солнечным лучам, мы много времени проводим на свежем воздухе и много проветриваем помещения, этого ни один респираторный вирус не любит. Есть надежда, что летом будет как‑то легче и проще. Что до карантина, то это решение о целесообразности. Опять же, будет осень, и мы не можем студентов и школьников держать вечно на дистанционном обучении, надо будет об этом тоже думать. Школы должны начать работать, потому что дети дичают, они скоро друг друга перестанут узнавать, качество образования студентов также страдает. Все это ставит много вопросов о безопасности. В классах должны появиться дезинфицирующие жидкости, школьников нужно обязать носить маски, а столовые, возможно, придется заменить едой, которую ребенок приносит с собой.
— Что известно о мутациях вируса, насколько они выражены и помешает ли это созданию вакцины?
— Это РНК-вирус, а они подвержены существенным мутациям.
Даже сейчас, когда есть карантин и нет активного авиасообщения между странами, мы видим, что существуют европейские кластеры мутаций и, например, американские. К сожалению, пока нет данных, что мутации привели к изменению свойств вируса в сторону облегчения симптомов, которые он вызывает, но, что важно, он до сих улавливается тестами ПЦР, и это хорошая информация. Значит, антигенные сайты вируса не затронуты и теоретически вакцина создаваема. Но на практике нужно подождать. Алла Мироненко завкафедрой респираторных заболеваний в Институте эпидемиологии и инфекционных заболеваний.
https://nv.ua/ukraine/events/vtoraya-vo ... 90885.html
Как то, да будет.
